СЦИЛЛА   
Аналитический и новостной сайт информационного агентства Панорама     
Информационный ресурс для экспертов, аналитиков, журналистов...     

   
24:03:2017 г.



Яндекс цитирования
Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100

О шпионаже в России Печать E-mail
01:10:2009 г.

Алена Кареева

В последние несколько лет в России состоялось большое количество судов над гражданами, обвиняемыми в шпионаже. Не вызывает сомнения, что широкой публике стали известны подробности далеко не всех судебных дел, рассматривающих обвинения в измене Родине, разглашении государственных тайн, шпионаже и т.п. Однако некоторые "шпионские дела" получили большую огласку и широко обсуждались общественностью.

 

Независимая газета (№70/3185 от 7 апреля 2004 года) приводит такой список наиболее громких "шпионских дел" за последние 10 лет:
- 1994 г. Вадим Синцов, директор по внешнеэкономическим связям АО "Спецмашиностроение и металлургия", бывший начальник ГУ Министерства оборонной промышленности СССР. Инкриминируемые преступления: измена Родине в форме шпионажа (ст. 275 УК РФ). Передал британской разведке секретные сведения о российских вооружениях. Приговорен к 10 годам лишения свободы.
- 1996 г. Платон Обухов, сотрудник МИД РФ. Инкриминируемые преступления: государственная измена в форме шпионажа. Передавал британской разведке МИ-6 сведения, составляющие государственную тайну. Признан невменяемым и направлен на принудительное лечение.
- 1996 г. Владимир Макаров, кадровый дипломат. Инкриминируемые преступления: измена Родине в форме шпионажа. Передал ЦРУ информацию о танке Т-82, а также о кадровом составе советских загранпредставительств. Приговорен Мосгорсудом к 7 годам лишения свободы. Помилован президентом РФ.
- 1997 г. Моисей Финкель, старший научный сотрудник 14-го НИИ ВМФ. Инкриминируемые преступления: государственная измена в форме шпионажа. Передал ЦРУ секретные сведения о новейших гидроакустических комплексах. Приговорен к 12 годам лишения свободы.
- 1997 г. Григорий Пасько, капитан 2-го ранга, журналист газеты ТОФ "Боевая вахта". Инкриминируемые преступления: государственная измена в форме шпионажа. Передал Японии секретные данные об авариях на ядерных подлодках. Приговорен судом ТОФ к 4 годам лишения свободы. Освобожден досрочно в январе 2003 года.
- 1997 г. Игорь Дудник, майор РВСН. Инкриминируемые преступления: государственная измена в форме шпионажа, разглашение государственной тайны. Пытался передать ЦРУ дискету с секретной информацией о Ракетных войсках стратегического назначения. Приговорен к 12 годам лишения свободы.
- 1999 г. Владимир Щуров, профессор Тихоокеанского института океанологии РАН. Инкриминируемые преступления: разглашение государственной тайны. Передал Китаю секретные сведения о российских военных технологиях. Приговорен к 2 годам условно и амнистирован.
- 1999 г. Александр Никитин, капитан 1 ранга. Инкриминируемые преступления: Государственная измена в форме шпионажа и разглашение государственной тайны при подготовке доклада "Северный флот - потенциальный риск радиоактивного загрязнения региона" для норвежской экологической организации "Беллуна". Оправдан городским судом Санкт-Петербурга.
- 2000 г. Сергей Величко, капитан 3 ранга, заместитель командира корабля. Инкриминируемые преступления: государственная измена в форме шпионажа, сотрудничество со шведскими спецслужбами. Приговорен Военным судом Балтийского флота к 5 годам лишения свободы.
- 2000 г. Эдмонд Поуп, отставной офицер морской разведки США. Инкриминируемые преступления: шпионаж. Приговорен Московским городским судом к 20 годам лишения свободы. Помилован президентом РФ.
- 2001 г. Виктор Калядин, генеральный директор ЗАО "Элерс-Электрон Лтд." Инкриминируемые преступления: государственная измена в форме шпионажа. Передал секретные сведения сотрудникам ЦРУ. Приговорен к 5 годам лишения свободы.
- 2001 г. Валентин Моисеев, заместитель руководителя 1-го департамента стран Азии МИД РФ. Инкриминируемые преступления: государственная измена в форме шпионажа. Передал секретные сведения сотруднику разведки Южной Кореи. Приговорен Мосгорсудом к 4,5 года лишения свободы.
- 2003 г. Анатолий Бабкин, профессор МГТУ имени Баумана. Инкриминируемые преступления: государственная измена в форме шпионажа. Передал секретные сведения о российской торпеде "Шквал" гражданину США Эдмонду Поупу. Приговорен Мосгорсудом к 8 годам лишения свободы условно.
- 2003 г. Валентин Данилов, физик, заведующий кафедрой Красноярского технологического университета. Инкриминируемые преступления: государственная измена в форме шпионажа, мошенничество. Оправдан судом присяжных Красноярского краевого суда.
- 2003 г. Александр Запорожский, бывший заместитель начальника 1-го отдела Управления контрразведки СВР. Инкриминируемые преступления: государственная измена в форме шпионажа. Передавал представителям спецслужб США секретную информацию о деятельности российских разведорганов и их кадровом составе. Приговорен Московским окружным военным судом к 18 годам лишения свободы.
- 2003 г. Михаил Трепашкин, адвокат, бывший подполковник ФСБ. Инкриминируемые преступления: разглашение государственной тайны. Дело на стадии рассмотрения в Московском окружном военном суде.

 

В 2004 году к этому списку прибавилось дело Игоря Сутягина, сотрудника Института США и Канады. В апреле текущего года за шпионаж в пользу США он был приговорен к 15 годам лишения свободы с отбыванием срока наказания в колонии строгого режима.

 

Шпионы-иностранцы (герои-разведчики у себя на родине) приезжают к нам в страну в качестве дипломатических работников, коммерсантов, ученых, туристов и пр. Случаи, когда информация об арестах иностранных граждан за шпионаж широко публиковалась бы в российских СМИ, сравнительно редки. Подобная информация практически не оглашается, общественность не вовлекается в обсуждение профессиональных проблем кадровых разведчиков.
Среди российских граждан, обвиненных в шпионаже за последние несколько лет, заметно явное преобладание дипломатических работников, военных, ученых и журналистов. Судебные процессы над шпионами-соотечественниками привлекают к себе большое внимание общественности и освещаются в средствах массовой информации достаточно подробно. Часто такие процессы растягиваются на несколько лет; можно сказать, что "шпионская" тематика практически постоянно присутствует на информационном поле современной России. В некоторых случаях создается впечатление, что структуры государственной власти не только не препятствуют, но и вполне благожелательно относятся к шумихе по этому поводу (возможно, из педагогических соображений). В то же время заметно, что процесс контролируется все более жестко с каждым годом, и общественное мнение учитывается только тогда, когда это не противоречит интересам власти.
Если просмотреть публикации в печатных и электронных СМИ, то можно составить более подробное представление о некоторых "делах шпионов"; естественно, гораздо больше информации о процессах по обвинению гражданских лиц, чем военных.

 

Валентин Моисеев, заместитель руководителя первого департамента стран Азии МИД России.
Был взят под стражу в июле 1998 года. Ему предъявили обвинение в шпионаже в пользу Южной Кореи, представители которой завербовали дипломата в Сеуле во время служебной командировки (с 1992 по 1994 г.). Валентин Моисеев работал на спецслужбы Южной Кореи с 1994 по 1998 г., передавая им сведения, составляющие государственную тайну. По данным следствия, он провел около 60 встреч с представителем южнокорейской разведки и передал ему копии 23 документов, касавшихся сотрудничества между РФ и КНДР, в том числе в военной сфере. И получил за все за это 14 тысяч долларов. Сам Моисеев заявлял, что поддерживал дружеские отношения с представителями посольства Кореи, а передаваемые материалы были ранее опубликованы в ряде газет и других открытых источниках. (http://www.newsru.com/russia/03jan2003/moiseev.html) И что на самом деле это не секретные материалы, а научная лекция "Политика России на Корейском полуострове".
В декабре 1999 года Московский городской суд признал бывшего дипломата виновным и приговорил к 12 годам лишения свободы. Данные, приведенные в прилагаемых официальных публикациях прессы и в научных работах, были судом признаны секретными.
После объявления приговора адвокаты Моисеева подали в Верховный суд РФ кассационную жалобу, в которой потребовали признать ряд нарушений Уголовного кодекса при вынесении приговора. В частности, в жалобе указывалось, что в обвинении фигурировали эпизоды, относящиеся к 1992 г., но приговор Моисееву был вынесен по статье нового Уголовного кодекса, который вступил в силу в 1996 г. Кроме того, по мнению адвокатов, в ходе следствия был допущен ряд нарушений процессуального законодательства, в том числе и при задержании советника южнокорейского посольства, которому Моисеев передавал информацию. Верховный суд отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение. В августе 2001 года Мосгорсуд, вновь признав Моисеева виновным в шпионаже, приговорил его к четырем с половиной годам лишения свободы, приняв во внимание состояние здоровья Моисеева и положительные характеристики с места работы. Адвокат Анатолий Яблоков при этом сообщил, что снижение судом меры наказания в данном случае свидетельствует не о гуманном отношении суда к шпионам, а об отсутствии доказательств виновности (http://www.newsru.com/russia/09Jan2002/moiseev.html).
С 14 марта 2002 года по решению ГУИН Минюста Моисеев отбывал наказание в больнице в Торжке, поскольку заключенный страдает хроническим заболеванием желудка. Был освобожден 31 декабря 2002 года.
После освобождения Моисеев заявил, что он намерен продолжать добиваться признания его невиновным и уже подал жалобу в Страсбургский суд.

 

    Бабкин Анатолий Иванович, профессор МГТУ им. Баумана, заведующий кафедрой ракетных двигателей МГТУ.
    Был задержан в апреле 2000 года. Сначала выступал главным свидетелем по делу американского подданного Эдмонда Поупа. Первоначально Бабкин дал показания, подтверждающие активное шпионство Поупа, но затем отказался от этих показаний, заявив, что они были даны под давлением следствия, а сам профессор находился в предынфарктном состоянии (http://lenta.ru/russia/2000/11/08/pope/). В декабре 2000-го года Поупа обвинили в шпионаже и приговорили к 20-ти годам тюрьмы. В феврале 2001-го года приказом президента В.Путина Поуп был помилован и отбыл на родину в США. После этого было выдвинуто обвинение против российского профессора. В феврале 2003 года А.Бабкин приговорен по статье "Государственная измена" к 8 годам лишения свободы условно (учитывая преклонный возраст профессора и его заслуги). Суд признал его виновным в передаче американскому шпиону Эдмонду Поупу отчетов о технических характеристиках подводной скоростной ракеты "Шквал". Анатолию Бабкину был назначен испытательный срок в пять лет, его лишили звания Заслуженного деятеля науки и права заниматься профессиональной и научной деятельностью в течение трех лет, еще на три года он был лишен права занимать должность заведующего кафедрой ракетных двигателей МГТУ имени Баумана. Сам Анатолий Иванович утверждал, что передавал бумаги совершенно официально, в рамках сотрудничества между МГТУ и Пенсильванским университетом (договор о сотрудничестве был подписан в 1996 году).
    Представители Военно-морского флота России посчитали, что, раскрыв секреты ракеты "Шквал", профессор МГТУ нанес им ущерб в 26 миллионов 800 тысяч рублей - такая сумма значилась в гражданском иске, который подал ВМФ против Анатолия Бабкина.

    Сойфер Владимир Николаевич, профессор, заведующий лабораторией ядерной океанологии Тихоокеанского океанологического института Дальневосточного отделения Российской академии наук, сотрудник Федерального научного центра "Курчатовский институт".
    В конце февраля 1999 г. в ТОИ РАН проводилась очередная (?) проверка УФСБ в лаборатории Сойфера, во время которой были обнаружены ксерокопии документов службы радиационной, химической и биологической защиты и гидрографии Тихоокеанского флота с грифами секретности, изготовленные с нарушением инструкции о секретном делопроизводстве - в частности, гидрологические данные и совершенно секретная карта бухты Чажма в Японском море, где базируются атомные подводные лодки Тихоокеанского флота (http://www.fsb.ru/smi/ufsb/2000/000217-1.html). Профессор признал, что нарушал правила, однако оправдал свои действия тем, что, по его мнению, документы помечены как секретные совершенно необоснованно.
    В июне 1999 г. в квартире В.Сойфера была проведена "проверка порядка обращения с секретными документами", в ходе проверки изъяты различные документов и материалы - в частности, ксерокопии и фотонегативы карт под грифом "ДСП". В Приморском УФСБ сообщили, что поводом для подобного мероприятия стало создание ученым "угрозы государственной и военной безопасности страны". Работы, которые вел Сойфер, были приостановлены, его лаборатория опечатана. По просьбе профессора президиум Дальневосточного отделения Российской академии наук назначил экспертную комиссию из шести ученых. Комиссия провела независимую экспертизу материалов работ Сойфера и пришла к выводу, что ученый не держал у себя дома материалов, представляющих государственную тайну. Представители краевого УФСБ придерживались другой точки зрения, однако дела против Сойфера заводить не стали, а ограничились вынесением предостережения. Интересно, что начальником управления ФСБ по Приморскому краю был в то время генерал-майор Веревкин-Рохальский.
    После этого В.Сойфер сам подал в суд на местное УФСБ, и в феврале 2000 г. суд Советского района города Владивостока признал проведенный у ученого дома года обыск незаконным. Суд признал также, что во время обыска на квартире у Сойфера сотрудники УФСБ незаконно изъяли материалы научных разработок на кассетах, дискетах, а также заграничный паспорт ученого, и постановил вернуть изъятые вещи владельцу.
    УФСБ обжаловало это решение в краевом суде, но в апреле 2000 г. Приморский краевой суд отклонил кассационную жалобу Управления ФСБ по Приморскому краю на решение суда Советского района Владивостока, который 11 февраля 2000 г. признал нарушения законов в действиях ФСБ при проведении "обследования" квартиры ученого.
    Все эти события вызвали заметную реакцию: местные и центральные СМИ публиковали статьи; правозащитники и ученые, а также экологические организации выступали против беспредела спецслужб и писали письма президенту, руководству ФСБ и генеральному прокурору. При этом у постороннего читателя легко могла возникнуть мысль, что местное население совсем не боится фээсбешников. Местные СМИ писали: "…спецслужбы не любят выпускать добычу из лап" (А.Островский, "Владивосток-новости"), им "…гораздо легче преследовать экологов, …чем заниматься непосредственным делом служб безопасности - поиском и борьбой с террористами" (А.Седой, "Арсеньевские Вести") и т.д., ну просто никакого почтения к людям в погонах.
    Представители "зеленых" были склонны трактовать все происходящее с Сойфером как продолжение кампании против экологов. 25 января 2000 г. в Москве на Лубянке состоялась встреча представителей общественных экологических организаций с руководством ФСБ. Во встрече со стороны ФСБ приняли участие начальник управления программ содействия ФСБ А.А. Зданович, заместитель начальника следственного управления ФСБ Н.Г. Сапожников, начальник отдела ДПУ Ю.А. Морев, 1-й зам. нач. департамента экономической безопасности А.В. Грошев, ряд других ответственных сотрудников. Со стороны "зеленых" во встрече приняли участие И. Ф. Баришпол (ВООП), С.И. Барановский ("Зеленый Крест"), М.Л. Борозин (Экологический союз), С.И. Забелин (Социально-экологический союз), О.А.Разбаш (Экология и правозащита), А.В. Шувалов (ГРИНПИС России), А.В.Яблоков (Центр экологической политики России). Как потом сообщили экологи (А.Яблоков), было признано, что в деле В. Сойфера спецслужбы действовали неправомерно, и проф. Сойферу были принесены извинения (устные). Когда же общественность, болеющая за Сойфера, начала интересоваться - когда же будет извиняться Приморское УФСБ, то выяснилось - приморские спецслужбы извиняться не хотят. И говорят при этом, что им не поступало соответствующего приказа из Москвы; так и не извинились.
    Практически все публикации в местных СМИ особенно подчеркивали: у Владимира Николаевича Сойфера есть брат Валерий Николаевич Сойфер, тоже профессор, заведующий лабораторией молекулярной генетики Университета Дж. Мейсона, Фэйрфакс (Вирджиния), США. И что особенно важно, Валерий Сойфер - генеральный директор Международной соросовской программы образования в области точных наук, один из ведущих консультантов Джорджа Сороса в вопросах выделения грантов для российских ученых, а также "личный и очень близкий друг вице-президента США Альберта Гора и его семьи".
    В июне 2003 года в газете "Комсомольская правда" был опубликован следующий материал: Владимир Сойфер сообщил, что уголовное дело против него было возбуждено для того, чтобы отстранить ученого от участия в радиологической и экологической экспертизе бухты Чажма. Там, по его словам, бывшая администрация Приморского края намеревалась создать совместное предприятие с американским, российским и японским капиталом для переработки ближневосточной нефти с последующей продажей в страны Азиатско-Тихоокеанского региона, и работы Владимира Сойфера могли помешать осуществлению этого проекта. (http://briefing.kp.ru/article.php?id=471).

    Щуров Владимир Александрович, профессор, заведующий лабораторией акустических шумов океана Тихоокеанского океанологического института Дальневосточного отделения РАН.
    В 1999 году таможенники задержали созданные лабораторией Щурова акустические модули для телеметрической аппаратуры, направлявшиеся в Китай для проведения совместных исследований с китайскими коллегами. Сотрудники УФСБ по Приморскому краю сочли, что "система, созданная лабораторией акустических шумов океана, может использоваться как в мирных, так и в военных целях". Все лаборатории, причастные к созданию системы, были опечатаны, документация изъята, договорные работы прекращены. Между тем сам профессор неоднократно заявлял, что его лаборатория не имела военно-промышленной направленности и, соответственно, военных заказов, а о готовящихся совместных с китайцами исследованиях знала вся местная Академия наук, все необходимые для этих работ документы были завизированы во всех соответствующих инстанциях, в том числе и в ФСБ. В свою очередь, представители УФСБ по Приморью заявили, что ученые предоставили таможенным органам недостоверные данные о технических характеристиках приборов. Таким же образом были введены в заблуждение дирекция ТОИ и экспертная комиссия ДВО РАН, дававшая разрешение на вывоз прибора. И что за некоторое время до этого у сотрудника лаборатории Ю.Хворостова, вылетавшего в Китай, были изъяты технологические чертежи, сокрытые под видом отчетов в научно-технической документации, а также переснятые на фотопленку, которая была вставлена в фотоаппарат под видом неэкспонированной. Документы являлись государственной тайной.
    В августе 2000-го, примерно через год после начала скандала, в своей квартире был найден повешенным 28-летний сына Щурова - Александр. Версии расходились: милиция утверждала, что это самоубийство, родители настаивали на том, что сына убили. Милиция говорила о том, что дверь открыли сами родители, а Владимир Александрович и супруга утверждали, что дверь была распахнута. Отец и мать Щуровы также сообщили, что уже позже они обнаружили пропажу лазерных дисков, на которых были зафиксированы все результаты работы отца и сына: итоги экспедиций, записи, чертежи и схемы.
    Сразу же после смерти сына Владимир Щуров заявил о своем желании покинуть страну: "...Нашу науку убивают. Утюг ФСБ - он выжигает все. И ситуация в стране такова, что здесь жить невозможно. Нас убивают... Убивают страну". Кроме того, он публично обвинил федеральную службу безопасности, что это именно она навела на него иностранные спецслужбы. Смерть сына и пропажа дисков - результат этой "наводки". (http://novosti.vl.ru/index.php?f=tm&t=001005tm02)
    После года следствия профессор был обвинен по следующим пунктам: ст.188 - контрабанда, ст.189 - незаконный экспорт технологий, научно-технической информации и услуг, используемых при создании оружия массового поражения, вооружения и военной техники, и ч.2 ст. 289 - разглашение государственной тайны, повлекшее тяжкие последствия. В августе 2003 года Щуров был признан виновным в разглашении государственной тайны, приговорен к двум годам лишения свободы условно и тут же амнистирован.
    Щуров свою вину не признал, но приговором остался доволен и заявил, что обжаловать его не собирается. "Я старый, больной человек, - пояснил профессор. - У меня нет на это ни сил, ни средств, ни здоровья. Я был готов к любому приговору. Трудно верить в закон, когда он не исполняется. Хорошо, что прокуратура проявила человечность и сняла большую часть обвинительных статей, суд адекватно отреагировал на последнюю экспертизу, а военные эксперты оказались знающими людьми".
    Позже Владимир Щуров сказал, что считает весь скандал происками его зарубежных конкурентов. По его мнению, после четырех лет расследования уникальная лаборатория практически уничтожена, погибло и научное направление "векторная акустика". Лидером в этой сфере являлся Тихоокеанский институт океанологии. Тем не менее, Щуров был намерен продолжить научную деятельность и опубликовать в Великобритании и Китае свою монографию "Векторная акустика океана".
    Адвокат Щурова Александр Беркович заявлял, что доказательства, указанные в решении суда, были добыты незаконными методами. В частности, сначала профессора допрашивали в качестве свидетеля, лишив его тем самым права на защиту. К тому же ни в обвинении, ни в приговоре не было конкретно указано, что же именно разгласил Щуров. А во время слушаний судья взял за основу заключения экспертов из Министерства обороны, отказавшись выслушать мнение гражданских специалистов.

    Валентин Данилов, директор Теплофизического центра Красноярского государственного технического университета.
    Был арестован 16 февраля 2001 года по обвинению в шпионаже в пользу Китая, а также в мошенничестве. Первое обвинение (статья 275 УК РФ - государственная измена в форме шпионажа, предусматривающая наказание в виде лишения свободы сроком от 12 до 20 лет) было сформулировано ФСБ. Обвинение в мошенничестве, вернее, в растрате средств, выдвинуто Техническим университетом. Сумма, фигурирующая в этом иске - 466 тысяч рублей.
    В 1999 году Данилов от имени Красноярского технического университета подписал контракт с Всекитайской экспортно-импортной компанией точного машиностроения на изготовление испытательного стенда для изучения процессов электризации спутников в космосе и разработку программного обеспечения к нему. В рамках проекта, по мнению ФСБ, и были переданы секретные разработки России. В то же время защита располагала заключениями экспертов о том, что с изобретений Данилова был снят гриф секретности еще 8 лет назад. Поэтому адвокаты были уверены в положительном исходе дела в пользу подсудимого.
    В течение полутора лет Данилов содержался в Красноярском СИЗО, затем по решению суда Центрального района Красноярска был освобожден из-под стражи. За все это время обвиняющая сторона (ФСБ) так и не смогла представить веских доказательств виновности физика.
    Сам Данилов считал, что "…ученый-физик никогда не может быть государственным изменником. За открытия, которые происходят в физике, ученым дают Нобелевские премии, хотя на основании этих открытий может быть создано оружие. Физик раскрывает тайны природы, а не государственные тайны" (http://www.regnum.ru/allnews/203312.html).
    Попутно, после того как его выпустили из СИЗО, Данилов баллотировался в депутаты Государственной Думы от Енисейского избирательного округа №48.
    И был намерен обратиться в крайизбирком с жалобой на действия Краевого суда, который отклонил его ходатайство о переносе срока слушаний на три недели. Эту отсрочку Данилов намеревался посвятить предвыборной борьбе, но из-за решения суда он был лишен возможности встречаться со своими избирателями. "Я считаю, что такое решение суда нарушает и мои конституционные права и права моих потенциальных избирателей", - заявил он. (http://www.regnum.ru/allnews/178815.html) По этому поводу Данилов дал пресс-конференцию, где также присутствовали председатель Красноярского регионального отделения Политической партии "Союз Правых Сил" Сергей Жабинский и кандидат в депутаты Госдумы Владимир Королев.
    Как сообщали местные СМИ, примерно за полгода до выборов Данилов сблизился с лидерами местной ячейки СПС и вступил в партию. Представители партии публично заявили о том, что будут поддерживать Валентина Данилова на выборах в Госдуму. Ходили слухи, что его включат в региональный список СПС, но этого не случилось, и Данилов был зарегистрирован в качестве самовыдвиженца.
    Подписи для регистрации в качестве кандидата Валентин Данилов сдал вовремя, но для подстраховки им был внесен избирательный залог размером 900 тыс. руб.
    Однако выборы Данилов не выиграл, набрав всего 6,42%. Победила там Раиса Кармазина 45,21% голосов избирателей (выдвинута "Единой Россией"), против всех проголосовало 22,75%.
    В декабре 2003 года Валентин Данилов был оправдан судом присяжных. Из 12 присяжных восемь человек сочли доказательства прокуратуры неубедительными, а ученого-физика невиновным по всем статьям. После судебного заседания Данилов заявил, что он был полностью уверен в том, что его оправдают, но этот арест отбросил назад российскую науку в плане международного сотрудничества. В частности, спутник, который был создан в результате совместных усилий Китая и Европейского космического агентства (ЕКА), мог бы быть создан при участии Китая и России, т.к. разработки российских ученых были лучше, чем у ЕКА.
    В январе 2004 года Красноярская прокуратура подала кассационную жалобу на оправдательный приговор, вынесенный судом присяжных. Обвинители просили Верховный суд отменить вердикт присяжных и направить дело на новое рассмотрение "в связи с нарушениями норм Уголовно-процессуального кодекса адвокатами и другими участниками судебного процесса".
    9 июня 2004 года Коллегия Верховного суда РФ отменила оправдательный приговор Валентину Данилову. Решением коллегии дело направлено на новое рассмотрение в ином составе суда. Таким образом, суд удовлетворил протест прокуратуры Красноярского края на оправдательный приговор Данилову.
    Прокуратуре удалось добиться заявлений от ряда присяжных заседателей, будто бы на них оказывалось давление. Прокурор Евгений Найденов после оглашения определения ВС заявил журналистам, что полностью удовлетворен решением суда. "Решение суда считаю законным и обоснованным. Верховный суд подтвердил доводы кассационного представления о том, что приговор был вынесен с существенными процессуальными нарушениями", - сказал Найденов.
    Однако представители ученого считают, что решение суда было сфабриковано. "Это решение было принято не сегодня. Само заседание заняло всего час, а решение суда зачитывали в течение двадцати минут. На суде не рассматривались те вопросы, которые должны были рассматриваться, - кассационное представление прокуратуры и возражения защиты. Говорили на суде совсем о другом. Более того, о возражениях защиты на суде вообще ничего не было сказано", - заявил в интервью "Полит.ру" правозащитник Эрнст Черный. (http://www.polit.ru/publicism/country/2004/06/09/danilofff.html)
    Еще одним фактом, говорящим в пользу того, что решение суда не было вполне объективным, Черный считает приезд в Москву крупной делегации представителей красноярских спецслужб: "В Москву на днях прибыла целая команда красноярского ФСБ. Какое они сейчас имеют отношение к процессу - непонятно. Ведь их роль закончилась, когда материалы дела были переданы в прокуратуру".
    Сам Валентин Данилов заявил журналистам, что будет просить о рассмотрении дела в составе троих профессиональных судей. "Если будет возможность выбора, то я буду просить о рассмотрении дела в составе трех профессиональных судей, без участия присяжных заседателей", - подчеркнул Данилов.

    Когда в конце 2003 года Данилов был оправдан судом присяжных, в российских средствах массовой информации стали появляться материалы, утверждающие, что ФСБ России намерена добиваться запрета на участие присяжных в судах по делам, связанным с государственной изменой и шпионажем. Газета "Время новостей" 5 марта 2004 г. писала: "Не привыкшие к такому исходу дела чекисты и прокуроры осознали, что аналогичный результат может их ждать и по другим шпионским делам… ФСБ через депутатов-силовиков внесет в Госдуму проект соответствующих поправок к статье 31 УПК РФ. В спецслужбе считают, что к рассмотрению дел об измене и шпионаже нельзя допускать людей, не прошедших специальную проверку" (http://www.vremya.ru/2004/38/4/93174.html).

    Тем не менее, следующее "шпионское дело" - дело Игоря Сутягина - также рассматривал суд присяжных. В этом процессе судью Мосгорсуда Петра Штундера, имеющего опыт работы с присяжными, сменила судья Марина Комарова, которая до этого уже вела дело другого "шпиона" - Валентина Моисеева. На примере дела Сутягина все заинтересованные граждане смогли убедиться: при умелом подходе и суд присяжных может сделать именно то, что в данном случае ожидают от него представители силовых структур и власти - например, приговорить человека, работавшего с открытыми источниками информации, к 15 годам лишения свободы за шпионаж. Суд над Сутягиным вызвал большой общественный резонанс, в его защиту выступали и продолжают выступать правозащитники, ученые, различные общественные организации и пр.
    Многие склонны рассматривать подобные судебные процессы как проявление "шпиономании", нарушение прав человека и доказательство того, что властные структуры стремятся взять под свой полный контроль судебную систему России.

    Игорь Сутягин, заведующий сектором военно-технической и военно-экономической политики Института США и Канады, был взят под стражу 27 октября 1999 года (постановление об аресте вынесено 29 октября 1999 года) по месту жительства в городе Обнинске. Он обвинялся в государственной измене в форме шпионажа в пользу США (ст. 275 УК РФ). А именно в том, что он за вознаграждение передавал в 1998-1999 годах секретные сведения представителям военной разведки США Наде Локк и Шону Кидд, работавшим под прикрытием английской консалтинговой фирмы "Альтернатив фьючерс".
    ФСБ России обвинила Сутягина по пяти эпизодам преступной деятельности. В частности, ему вменили в вину пять встреч с представителями иностранных спецслужб, в ходе которых он передал сведения по пяти темам. Эти сведения касались информации о ракете класса "воздух-воздух" РВВ-АЕ, и самолета Миг-29 СМТ. Кроме того, по версии следствия, Сутягин передал сведения о вариантах состава стратегических ядерных сил на период до 2007 года, о ходе реализации министерством обороны планов по созданию соединений постоянной готовности, а также о составе и современном состоянии отечественной системы предупреждения о ракетном нападении. Также Сутягина обвиняли в том, что, являясь преподавателем Обнинского учебного центра ВМФ РФ, он выведывал у кадровых военных, обучавшихся в центре, секретную информацию для дальнейшей передачи иностранным резидентам. Сутягин работал в Обнинском центре с 1994 года, причем на общественных началах, не получая вознаграждения за свой труд. Первоначально дело расследовало управление ФСБ по Калужской области.
    27 декабря 2001 года Калужский областной суд при рассмотрении дела по обвинению Сутягина вынес следующее определение: при назначении и производстве экспертиз степени секретности органом предварительного расследования были допущены нарушения уголовно-процессуального закона, что привело к ограничению гарантированных законом прав обвиняемого Сутягина, в том числе и его права па защиту, поскольку он лишен возможности достоверно знать, какие конкретно источники и какие содержащиеся в них сведения исследовались экспертами, кто из экспертов и какие исследования проводил, какие факты установил и к каким выводам пришел, а в конечном счете и защищаться от обвинения, основанного на выводах экспертов. По мнению суда, это явилось существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку ограничение права обвиняемого на защиту могло повлиять на всесторонность, полноту и объективность исследования обстоятельств дела. (http://www.sutyagin.ru/doc/sud011227.html)
    Калужский областной суд направил дело на дополнительное расследование, и после этого Сутягина перевели в СИЗО "Лефортово" в Москву.
    С 15 марта 2004 года процесс по делу Игоря Сутягина проходил в Московском городском суде.
    7 апреля 2004 года Московский городской суд приговорил Игоря Сутягина к 15 годам лишения свободы с отбыванием срока наказания в колонии строгого режима. Его признали виновным в государственной измене в форме шпионажа в пользу США: сборе, хранении и передаче представителям американской военной разведки сведений, составляющих государственную тайну. Присяжные сочли, что Сутягин не заслуживает снисхождения, причем государственный обвинитель просил приговорить ученого к 17 годам лишения свободы. Срок наказания исчисляется с момента ареста (29 октября 1999 года).
    Между тем, сам Сутягин вины не признал. Он утверждал, что не имел доступа к государственной тайне и пользовался для подготовки аналитических материалов только открытыми источниками. У адвокатов Сутягина были неопровержимые доказательства, что вся содержавшаяся в бумагах Сутягина информация была взята из открытых источников и доступна всякому, кто хотел ее прочесть, а также, что у Сутягина никогда не было доступа к государственным секретам.
    14 апреля 2004 года защита Игоря Сутягина подала в Верховный суд жалобу с просьбой отменить обвинительный приговор Мосгорсуда. Как сообщала адвокат Анна Ставицкая, защитники полагают, что в ходе процесса "были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона".
    В частности, была произведена необоснованная смена состава суда присяжных, в ходе процесса суд рассматривал недопустимые с точки защиты доказательства. Кроме того, как отметила адвокат, "перед присяжными судом были поставлены вопросы, выходившие за пределы предъявленного Сутягину обвинения: в частности, задавался вопрос, действовал ли он по поручению иностранной разведки, хотя ему это не инкриминировалось". Судья так сформулировала вопросы для присяжных, что подтолкнула их к даче "нужных" ответов. Например, она опустила слово "секретные", когда попросила ответить, передавал ли Сутягин материалы за вознаграждение. Защитники заявили протест, однако судья его отклонила.

    Судебный процесс над Игорем Сутягиным очень широко освещался в СМИ. Всего начиная с 2001 года в различных средствах массовой информации было размещено несколько тысяч публикаций на эту тему, не считая упоминаний в выпусках новостей. После вынесения приговора Сутягину последовала бурная реакция общественности.

    23 апреля 2004 года Общественный комитет защиты ученых обратился с открытым письмом в Парламентскую Ассамблею Совета Европы. "Общественный комитет защиты ученых" был создан 2 октября 2002 года группой ученых и представителей общественных организаций, причиной создания Комитета явилась озабоченность научной общественности и правозащитников судьбой талантливых ученых, бездоказательно обвиняемых ФСБ в тяжких преступлениях. (http://www.hro.org/actions/secret/komitet.htm)
    В открытом письме, в частности, говорилось:
    "Ловкой имитацией правосудия и справедливости оказывается даже суд присяжных, если речь идет деле, инициированном ФСБ.
    Таким, по крайней мере, был суд над Игорем Сутягиным. В процессе не было даже намека на равенство сторон: удовлетворялись любые пожелания обвинения и игнорировались законные требования защиты. Голословные утверждения обвинения были признаны доказательствами.
    Единогласное голосование присяжных по вопросам, в которых был искажен даже смысл обвинения, вызывает обоснованное сомнение в их независимости. Даже теоретически группа их 12 человек не может единогласно проголосовать за сомнительные доказательства обвинения…".
    Письмо подписали Виталий Гинзбург (лауреат Нобелевской премии, академик РАН), Лев Пономарев (ООД "За права человека"), Сергей Ковалев (правозащитник, узник совести), Григорий Пасько (журналист, узник совести), Юрий Рыжов (академик РАН), Алексей Симонов (Фонд защиты гласности), Эрнст Черный (правозащитник), о. Глеб Якунин (правозащитник, узник совести, священник) http://www.sutyagin.ru/doc/kzu040423.html

    В конце апреля 2004 года правозащитная организация "Международная амнистия" признала Игоря Сутягина политическим заключенным.

    20 мая 2004 года в Москве прошел митинг в защиту российских политзаключенных, арестованных в последнее время (http://lenta.ru/russia/2004/05/20/meeting/).

    В конце мая 2004 года правозащитные организации: "Международная амнистия", "Хьюман Райтс Вотч", Международная Хельсинкская федерация за права человека, Московская Хельсинкская группа, Общественный комитет защиты ученых выступили с заявлением в защиту Игоря Сутягина.
    В заявлении говорится: "приговор Мосгорсуда вызывает у нас глубокую тревогу". "Мы призываем в кратчайшие сроки провести новое судебное разбирательство, которое соответствовало бы международным процессуальным стандартам, и освободить Игоря Сутягина из-под стражи до вынесения окончательного решения. Мы также настоятельно призываем международное сообщество в рамках контактов с Российской Федерацией на самом высоком уровне последовательно выражать озабоченность делом Сутягина, а Парламентскую ассамблею Совета Европы - активно заняться этим вопросом".
    По мнению правозащитников, предварительное следствие и суд на всем протяжении сопровождались нарушениями международных процессуальных стандартов, что дает основания предполагать наличие в деле политической подоплеки.

    Существует мнение, что дело Игоря Сутягина было сфабриковано. В статье "Мы, нижеподписавшиеся" ("Независимая газета", 3.06.2004) приводятся следующие цитаты:
    Как заявила исполнительный директор европейского и центральноазиатского отделения Human Rights Watch Рейчел Денбер, дело Сутягина, похоже, используется для того, "чтобы запугать академиков, журналистов и других людей, исследующих щекотливые темы". По ее словам, нарушения прав Сутягина в ходе судебного процесса "указывают на политические мотивы судебного преследования ученого". Кроме того, г-жа Денбер отметила, что дело Сутягина появилось как раз в то время, когда "возросла неприязнь властей к правозащитным организациям".
    "Все страны, причисляющие себя к демократическим, незамедлительно реагируют на решения о придании статуса политзаключенного их осужденным гражданам, - заявил корреспонденту "НГ" ответственный секретарь Общественного комитета защиты ученых Эрнст Черный. - Сутягин признан таковым, но российское руководство игнорирует этот факт. Общественный комитет защиты ученых направил соответствующие обращения в ПАСЕ, ОБСЕ, Комитет ООН по правам человека, попросил Конгресс США организовать специальные слушания по данному вопросу. А сегодня-завтра я направлю письмо в защиту Сутягина президенту Путину. Письмо уже подписали такие видные ученые и правозащитники, как лауреат Нобелевской премии Виталий Гинзбург, академики Юрий Рыжов, Алексей Яблоков, а также Людмила Алексеева, Лев Пономарев и другие".

    Естественно, разные люди высказывают различные мнения - стал ли Игорь Сутягин жертвой показательного мероприятия, или он действительно шпион. Например, Пермская гражданская палата и Пермский региональный правозащитный центр не присоединились к кампании правозащитников, призывающих полностью оправдать Сутягина. Тем не менее, 1 июня 2004 года эти организации приняли решение направить в Верховный суд РФ обращение с просьбой о пересмотре приговора по делу Игоря Сутягина. Не настаивая на полной невиновности Сутягина, но, учитывая многочисленные процессуальные нарушения в ходе следствия и суда, пермские правозащитники считают данный приговор тенденциозным и чрезмерно суровым. (ИА "ВолгаИнформ" 4.06.2004)

    8 июня 2004 года стало известно, что три члена Конгресса США обратились к президенту США Джорджу Бушу с просьбой повлиять на Владимира Путина с тем, чтобы "добиться справедливости в деле Игоря Сутягина и других нарушений прав и свобод граждан РФ". Как говорится в пресс-релизе Фонда Гражданских свобод (США), документ, подписанный конгрессменами Крисом Смитом и Беном Кардином, а также сенатором Беном Кэмпбелом, направлен в Белый дом. Его копия отправлена в Совет Национальной безопасности и адресована Кондолизе Райс.
    Члены Конгресса также просят Буша указать Путину на недопустимость гонений в отношении "религии меньшинств", давления на СМИ и нападок на правозащитников. Кроме того, авторы письма просят предоставить чеченскому народу "право голоса в определении своей судьбы". Американские конгрессмены просят президента (своего) "уделить часть времени", которое он проведет с Путиным, "обсуждению этих вызывающих беспокойство тенденций в Российской Федерации". (http://www.csce.gov/press_csce.cfm?press_id=367)

    На официальном сайте ФСБ России сообщается: (http://fsb.ru/contact/contact.html)
    "Российские граждане, сотрудничающие с иностранными разведками, могут связаться с ФСБ России по телефону доверия с тем, чтобы стать агентами-двойниками. В этом случае денежное вознаграждение, получаемое такими агентами от иностранных спецслужб, будет полностью сохранено, и с ними будут работать сотрудники ФСБ РФ высочайшего класса. При этом будет гарантирована анонимность и конфиденциальность".
    Из Примечания к статье 275 УК РФ (государственная измена):
    "Лицо, совершившее преступление, предусмотренное настоящей статьей, а также статьями 276 (шпионаж) и 278 (насильственный захват власти или насильственное удержание власти), освобождается от уголовной ответственности, если оно добровольным и своевременным сообщением органам власти или иным образом способствовало предотвращению дальнейшего ущерба интересам РФ и если в его действиях не содержится иного состава преступления".

    Некоторые сайты по тематике:
    http://www.hro.org/actions/sutyagin/content.php - портал "Права человека в России" о деле Игоря Сутягина
    http://www.mhg.ru/publications/17506A3 - Московская Хельсинская группа о шпиономании
    http://zaprava.ru/news/ - сайт Общероссийского общественного движения "За права человека"
    http://www.sutyagin.ru/ - сайт поддерживается семьей Игоря Сутягина

 
« Термин «Управляемая демократия» в Интернете   Путинославие: Хроника прославлений Путина Владимира Владимировича »
Последние новости
Webdesign by Webmedie.dk
Разработано Консалтинговой группой ЁШ